Н. Перевезенцева
По Балтийской железной дороге
от Петербурга до Гатчины

Сентиментальная остановка (Пудость)

Следующая остановка за Тайцами — Пудость. Справочники производят название «Пудость» от древнерусского «пудас» — поток. Вполне может быть: рядом и река Ижора (в просторечии — Ижорка), и маленькая полузаросшая речка Парица. Места вокруг Пудости известны с давних пор своими залежами туфообразного известняка, называемого «пудостским». Этот легкий, золотисто-солнечный камень применяется для облицовки многих петербургских зданий.

Если пойти налево от железнодорожного полотна, то метров через 500 дорога приведет нас к мосту. Место это называется Мызой Ивановкой.

У моста сохранились развалины мельницы и остатки плотины. Недалеко от дома — следы старинного парка с группой лиственниц. Еще несколько лет назад здесь были видны остатки деревянного дома.

Река и развалины мельницы в Пудости
Река и развалины мельницы в Пудости. Фото 2003
Развалины мельницы в Пудости
Развалины мельницы в Пудости. Фото 2003

В 1791 году некий выходец из Германии Штакеншнейдер арендовал в Пудости мельницу «о двух поставах с принадлежащими к оной полями и сенными покосами». Дела, видимо, шли хорошо, потому что в 1798 году мельник построил на берегу реки каменный дом с цветником, украшенный вазами и мраморными статуями. Немаловажно, видимо, было и то, что наследник Павел Петрович с супругой и свитой любил заезжать к мельнику Штакеншнейдеру. Так, 5 ноября 1796 года Павел Петрович и Мария Федоровна в четырехместных санях с генералом Котлубицким на запятках выехали пикником на Гатчинскую мельницу, где состоялось «обеденное кушание» у мельника Штакеншнейдера. Здесь же произошло знаменательное событие. Граф Ростопчин рассказывает, что перед обедом Павел Петрович вдруг рассказал присутствующим свой сон: будто некая невидимая сила возносит его к небесам. К общему удивлению, Мария Федоровна призналась, что видела в эту же ночь тот же сон. И вот, когда они уже возвращались в Гатчину после обеда у Штакеншнейдера, им навстречу выехал гусар и сообщил, что дома их ожидает князь Николай Зубов, явившийся с важным известием. Теряясь в догадках (как известно, князь Платон Зубов, брат Николая, был последним фаворитом Екатерины II), ожидая неприятностей, Павел Петрович и Мария Федоровна поспешили в Гатчину. И там они узнали, что императрица при смерти, и что наследник престола должен срочно прибыть в Петербург.

Остатки от дома архитектора А.И. Штакеншнейдера в Пудости
Остатки от дома архитектора А.И. Штакеншнейдера
Фото 2003
Остатки от дома архитектора А.И. Штакеншнейдера  в Пудости
Остатки от дома архитектора А.И. Штакеншнейдера
Фото 2003

Итак, мельница Штакеншнейдера (и ее владелец) пользовались благоволением «сильных мира сего», и детство родившегося здесь в 1802 году мальчика Андрея было счастливым. Впоследствии он тепло вспоминал о годах, проведенных на Мызе Ивановке, часто приезжал сюда. Одного из известнейших архитекторов эпохи эклектики Андрея Ивановича Штакеншнейдера мы знаем по множеству построек в Петербурге и его окрестностях. Это и дворец Белосельских-Белозерских на углу Невского и Фонтанки, и Мариинский дворец на Исаакиевской площади, и великокняжеские резиденции вдоль Петергофской дороги. А здесь, в Пудости, была его родина. Став владельцем отцовского имения в 1856 году, Он расширил его, украсил, осушил болота. Вот об этом и напоминала когда-то мемориальная доска на нынешних развалинах дома Штакеншнейдеров.


Балтийские ворота городаДачное и УльянкаЛиговоКрасное СелоСкачки и фабрикиДудергофТайцы • Сентиментальная остановка (Пудость) • Царская охота (Мариенбург)ГатчинаВаршавские ворота Гатчины

© Исторический журнал «Гатчина сквозь столетия»