Красные военлеты


Степан Карлович Джевецкий
Степан Карлович
Джевецкий
Кто бы мог предположить, кроме специалистов, что расположенная в сорока километрах от Балтики авиационная Гатчина так тесно связана с морем. Правда, первое знакомство гатчинцев с царством Нептуна не имело прямого отношения к авиации, если не считать участия пилота Н.Е. Попова в экспедиции к Северному полюсу на дирижабле «Америка». Как известно, Попов 13 декабря 1909 г. первым из русских авиаторов приступил к самостоятельным полетам на «райте» под Парижем. Но автор очерка имеет в виду другое... Строки о Попове - лишь пролог.

В марте 1881 г. инженер-конструктор Степан Карлович Джевецкий начал испытания первой отечественной подводной лодки в водах Серебряного озера, близ Гатчинского дворца, где в ситцевых комнатах жил Александр III. Подлодка имела 5,7 м в длину, 1,7 м в высоту, экипаж 4 человека. Придворные и прислуга ежедневно наблюдали, как Джевецкий искал лучший причал для показа своего детища царю, только что вступившему на престол после покушения на Александра II 1 марта 1881 года.

Ян Нагурский, 1912 год. Фото из архива музея 'Память'. Ставрополь
Ян Нагурский
А дальше - снова воздушная стихия и море. Случилось так, что Гатчина дала многим авиаторам путевку в Арктику. В 1913 г, звание военного летчика получил выпускник Гатчинского авиационного отдела поляк Ян Нагурский. Отважный летчик морской авиации знаменит выполнением «мертвой петли» на отечественном гидросамолете. Это было 17 сентября 1916 г. на острове Эзель. Однако Нагурский больше известен как первый полярный летчик.

Судьба польского товарища оказалась необычной. Он участвовал в поисках экспедиции Г.Я.Седова, удаляясь от суши на 100 км, а в годы первой мировой войны командовал отрядом гидросамолетов. В одном из боев над Рижским заливом в 1917 г, летчик Нагурский упал в море на горящем самолете. В рапорте начальству была засвидетельствована гибель офицера флота Яна Нагурского. Но раненый морской летчик был подобран английской подводной лодкой.

Во время революции в России Нагурский вернулся в Польшу, Он скрывал свой чин и летную специальность, долгие годы работал в сахарной промышленности. Только в 1956 г. журналисту Юрию Гальперину удалось «воскресить» легендарного летчика-полярника и пригласить его в Москву.

Борис Григорьевич Чухновский
Борис Григорьевич
Чухновский
Интересно сложилась судьба другого гатчинца - Б.Г. Чухновского. В 1917 году он окончил школу морских летчиков, а в своих воспоминаниях писал, что в Гатчине сделал выбор профессии, там почувствовал себя завербованным авиацией.

Во время гражданской войны Чухновский участвовал в боях против Врангеля, затем возглавил морскую авиацию Волжско-Каспийской флотилии. Но самым памятным в его жизни стал 1928 год, когда большая экспедиция итальянского конструктора и воздухоплавателя генерала Умберто Нобиле достигла на дирижабле «Италия» Северного полюса. Гондола задела за торос, и оболочка унесла в океан шестерых аэронавтов, а десять членов экипажа остались на льдине. 3 июня радиолюбитель из северной деревушки Вознесенье-Вохмо Николай Шмидт случайно принял сигнал бедствия и сообщил об итальянцах по телеграфу в Москву.

К середине июня 1928 года на поиски генерала Нобиле вышли 14 судов и 22 самолета из разных стран, включая три советских ледокола. Нашу авиацию представляли гатчинцы Б.Г. Чухновский и М.С. Бабушкин. На «Красин» был погружен трехмоторный самолет, имеющий поплавки и лыжи. И когда «Красин» попал в полосу непроходимых льдов, Чухновский предложил пришвартоваться к большой льдине и выкатить на нее самолет. 10 июня он в составе спасательного экипажа вылетел на разведку.

Вскоре на небольшой льдине летчики заметили двух человек и сообщили о них на ледокол. Однако на обратном пути самолет попал в туман, израсходовал горючее и произвел вынужденную посадку. На льдине экипаж Чухновского пробыл пять суток, а тем временем команда ледокола спасла три группы аэронавтов с дирижабля Нобиле, Мировая печать писала, что русские дали всему миру прекрасный урок мужества и товарищества...

Михаил Сергеевич Бабушкин
Михаил Сергеевич
Бабушкин
Второй участник экспедиции по спасению экипажа дирижабля «Италия» - Михаил Сергеевич Бабушкин окончил гатчинскую военно-авиационную школу в 1915 году.

Принимал участие в экспедициях на ледоколах «Челюскин» и «Садко». В апреле 1937 г. за участие в высадке полярников на дрейфующую станцию «Северный полюс-1» Бабушкин был удостоен звания Героя Советского Союза. На Гатчинском аэродроме получил путевку в небо и М.Т. Слепнев, окончивший авиашколу в 1917 году. Звания Героя Советского Союза он был удостоен за участие в спасении экипажа ледокола «Челюскин» в 1934 году.

Следующую страницу в морскую эпопею вписал первый дипломированный пилот-авиатор России М.Н. Ефимов, который в 1911 г. выполнил в Гатчине ночной полет, а в 1913 г. испытывал здесь аэропланы для сдачи военному ведомству. В феврале 1917 г. Ефимов назначается инструктором в Качу, а затем переводится в гидроавиацию. Его сразу же избирают членом комитета гидроавиации. Во время Октябрьской революции он стал членом Севастопольского ревкома.

Михаил Никифорович Ефимов
Михаил Никифорович
Ефимов
Весной 1918 г. немцы захватили Севастополь, и Ефимова заключают в тюрьму. С приходом Красной Армии он был освобожден, но вскоре город занимают деникинские войска. Ефимов эвакуируется и попадает в Одессу. Однако в августе 1919 г, в Одессе высаживается белогвардейский десант, и его задерживает патруль капитана 2-го ранга Кисловского. Под дулами пистолета боевого летчика повели в порт. Связанного, Михаила Ефимова посадили в шлюпку и вывезли на середину бухты. Сопровождавший офицер сказал, что дает ему шанс на спасение, если Михаил доберется вплавь до берега. Его развязали, он нырнул, но тут же раздался выстрел...

Враги знали, что он служил пилотом по особым поручениям при комиссаре Черноморского флота и не простили этого красвоенлету Ефимову. А благодарные гатчинцы 3 августа 2001 года установили ему бронзовый памятник у проходной 218 авиаремонтного завода. Устремленным ввысь и вдаль взглядом первый пилот-авиатор, наверное, хотел обозреть и бывший аэродром, и родную Смоленщину, и Одессу, которая лежит на одном меридиане с Гатчиной и Петербургом, хотя и север ему мил.

Не обошел стороной Балтику и даже Северный Ледовитый океан знаменитый летчик Валерий Чкалов, который в 1926-1928 годах служил на гатчинском аэродроме. Именно отсюда Чкалов вылетал на морские маневры в районе Кронштадта. Там он в сложнейших метеоусловиях нашел в море линкор «Марат» и сбросил по заданию командования на палубу вымпел. Шел третий день учений. Согласно вводной, оборвалась связь с флагманом эскадры «красных». Командир получил категорическое требование; «Установить связь с линкором «Марат» и предупредить его о появлении «противника».

Валерий Чкалов на последних литрах горючего нашел линкор, выполнил задание, а до аэродрома не дотянул. Пришлось сесть в нескольких километрах от Ораниенбаума, прямо у самого берега моря. В Гатчину он вернулся благополучно. Командование высоко оценило эту операцию.

Затем война! И здесь не обошлось без интересного эпизода...
Надя Федорова
Надя Федорова
На занятом немцами Гатчинском аэродроме работала разведчица Надя Федорова, о чем рассказал ленинградский писатель Н.В.Мосолов:
«Поздним февральским вечером 1942 года оперативный дежурный штаба Краснознаменного Балтийского флота доложил командующему:
- Товарищ адмирал, нашими радистами перехвачена странная радиограмма из района Гатчины... Давалась открытым текстом. Дважды упомянуто, что передает какая-то «перепелка». А в конце три слова: «Прощайте, Надя с аэродрома».

Текст неполный, путаный, но точно приняты слова: «На товарной станции необычное скопление воинских эшелонов».

Командующий КБФ адмирал В.Ф. Трибуц на некоторое время задумался, а затем твердо сказал:
- Достать станцию нужно.

Но в штабе Кюхлера хорошо знали, что наши пушки за сорок километров не бьют, а с воздуха они были прикрыты авиацией, расположенной в Гатчине и Сиверской.

И вот 19-я отдельная тяжелая батарея моряков обрушила огонь мощных орудий на указанную цель. Комбат майор Меснянкин пошел на исключительный риск - подогрел полузаряды для увеличения дальности полета снарядов. И они накрыли вражеские эшелоны.

В спецдонесении Зейделя отдельно фигурировало имя отважной комсомолки-подпольщицы Федоровой: «... Надежда Федорова, работавшая в последнее время в комендатуре немецких летчиков, имела постоянную связь с Ленинградом... Несмотря на длительные допросы, очные ставки и перекрестные допросы, она настойчиво молчала...»

30 июня 1942 года Надежда Федорова в числе 25 гатчинских комсомольцев-подпольщиков была расстреляна в парке Сильвия, где ныне сооружен мемориальный комплекс.

И последнее. Писатели, ученые и ветераны Военно-Морского Флота часто посещают расположенный в Гатчине Центральный военно-морской архив, к которому никогда «не зарастет тропа» для военных моряков всех поколений. У нас же обосновался Морской Кадетский класс. Словом, морская эстафета в Гатчине продолжается...

Главная страница |  На заре воздухоплавания |  Колыбель военной авиации |  Гатчинская авиашкола Щетинина |  Парашют Котельникова |  Асы Первой Мировой |  Красные военлеты |  Чкаловская эскадрилья |  Южный форпост Ленинграда |  Бомбовые удары гатчинцев |  Свет памяти |  Об авторе
______________________________________________________
© Исторический журнал «Гатчина сквозь столетия»