Крепость Ингербург

Каждого, въезжающего в Гатчину со стороны Петербурга, встречают Ингербургские ворота, за которыми по обе стороны проспекта тянутся краснокирпичные здания воинских казарм.

Ингербургские ворота

Два столетия назад на их месте находилась крепость Ингербург, интересный, но малоизвестный памятник павловского времени.

Идея строительства этого миниатюрного укрепления на въезде в великокняжескую резиденцию возникла около 1792 года, т.к. именно этим годом датирован сохранившийся в фондах Гатчинского дворца "перспективный" план развития будущего города, на котором на въезде в Гатчину на линии Большой дороги (нынешнего проспекта 25-го Октября в пределах улицы 7-й Армии и Ингербургских ворот) указана трапециевидная крепость. Однако в силу разных причин, в том числе самой главной, финансовой, закладка состоялась в апреле 1794 года. В честь этого события верстовой столб, который планировали установить рядом с крепостью, должна была украшать бронзовая табличка с надписью "ИНГЕРБУРГ заложен 1794".

Верстовой столб с табличкой "ИНГЕРБУРГ заложен 1794"

По первоначальному проекту территория крепости должна была быть окружена валом со рвом. Еще один ров планировался внутри крепости. Въезд в крепость осуществлялся через Преображенские и Воскресенские ворота, находившиеся на линии Большой дороги, внутри крепости именовавшейся Успенской улицей. Боковые улицы, Вознесенская и Сретенская, подводили к одноименным воротам при въезде на равелины, боковые фортификационные укрепления. Со стороны Гатчины (на проспекте 25-го Октября в пределах завода "Гатчинсельмаш") должен был находиться посад, поселение при крепости, который пересекали прямые улицы Петровская, Александровская, Павловская и Комендантская. Центральные площадь и улица должны были называться в честь фаворитки великого князя Нелидовой Катерининскими. Имеющиеся планы, - а их в фондах дворца-музея сохранилось немало, - свидетельствуют, что крепость планировалась по всем правилам фортификационного искусства, но в силу своего размера никакого оборонительного значения иметь не могла. Вероятно, она отразила взгляды и идеалы великого князя, и была для него тем же самым, чем для Екатерины II являлась София, миниатюрный и такой же нежизнеспособный город, построенный ею рядом с Царским Селом и переставший существовать вскоре после ее смерти. Но если София рождала в мыслях современников образ древней столицы Византии, о возрождении которой мечтала императрица, то Ингербург вызывал другие ассоциации. Своим обликом он должен был напоминать старинные западноевропейские города-крепости.

Фрагмент перспективного плана Ингербурга

Строительство началось чуть ранее закладки, и одним из первых начал строиться дом Екатерины Нелидовой, фрейлины великой княгини и фаворитки великого князя. Следующими ингербургскими "домовладельцемами" стали Сергей Плещеев, друг Павла Александр Куракин, а так же Николай Демидов, братья Нарышкины и другие члены великокняжеского окружения.

Все частные дома, за исключением Нелидовой, строились на средства их хозяев, остальные сооружения, - казармы, ворота, школа, ратуша и фортификации, - на деньги великого князя, постоянно испытывавшего финансовые затруднения. Сохранился очень красноречивый документ за подписью главноуправляющего Гатчиной барона Борка: "как наистрожайше повелено от Его Императорского Высочества для назначенного построения приготовить и на место поставить... черницкого камня.., но наличной денежной суммы нимало на то в конторе не имеется, а подрядчик без получения денег работать никак не желает; сколько ж неупотребляемо было средств и старания к изысканию где б только можно взять взаимообразно, но нигде успешности в том не нашлось, почему во исполнение того высочайшего соизволения... дать от конторы ему (т.е. подрядчику - авт.) письменную доверенность на две тысячи рублей с тем, чтоб он отыскал пооной желающего дать... сумму, сроком на два месяца". Отсутствие денег стало причиной того, что в проект постоянно вносились изменения, удешевлявшие строительство и упрощавшие облик зданий, и ко времени вступления Павла на престол крепость так и не была достроена: не были завершены казармы, не были возведены "готические" ворота со стороны Петербурга, не были созданы валы и рвы. Да и облик осуществленного сильно отличался от задуманного.

План Гатчины с Ингербургом

Со вступлением Павла на престол строительство крепости приостановилось, причиной чему стало, вероятно, запланированное им грандиозное строительство в Петербурге. Были только достроены начатые сооружения и приспособлены для размещения войск и временного пребывания придворных. Так, известно, что в 1800 году в доме Демидова останавливались послы и министры, приезжавшие в Гатчину на торжества по случаю замужества дочерей Павла Елены и Александры, а в доме Нащокина - члены Синода и духовенство. Дом Куракина был отдан под Городовое правление.

Из новых сооружений в 1797 году император "предположил" построить в Ингербурге только надвратную церковь на месте неосуществленных ворот. Ее проект был разработан в нескольких вариантах, но так и остался на бумаге.

Чертеж церкви. Кушелевский альбом

После смерти императора все строительство в Ингербурге остановилось и к 1810 году здания пришли в такое ветхое состояние, что побывавшему тогда в Гатчине немецкому путешественнику Мюллеру "этот замок" показался "довольно обширной фабрикой, хозяин которой обанкротился". К началу 1820-х годов почти все строения, занимавшие нечетную сторону главной улицы, были снесены. Одной из причин для этого могло стать расширение проезда, ибо в самой узкой своей части он едва составлял треть ширины нынешнего проспекта 25-го Октября. Материал одного из домов пошел на строительство Гатчинской кирхи.

К 1827 году созрела идея перестройки Ингербурга для размещения в нем Лейб-Гвардии Гарнизонного батальона. Проект в 1830 году составил архитектор Василий Глинка, и, вероятно, это была одна из последних его работ, т.к. в следующем году он скоропостижно скончался от холеры. В ходе перестройки все ингербургские дома, пришедшие в состояние крайней ветхости, были капитально отремонтированы.

Об облике перестроенного Ингербурга некоторое представление может дать здание, выстроенное почти в то же время.

В них сменили деревянные перекрытия, оконные заполнения и высокие черепичные крыши, заменив их обычными четырехскатными, крытыми железом. Чтобы не гнили полы, выкопали из-под них землю и в цоколе устроили продухи. Подозрения вызывали даже стены домов, которые распространяли холод и сырость. Однако их обследование показало, что плитная кладка "недурна". Следуя проекту, фасады зданий оформили в сдержанном классицистическом стиле. Об облике перестроенного Ингербурга некоторое представление могут дать два двухэтажных здания на Красноармейском проспекте напротив Екатеринвердерской башни, выстроенные почти в то же время.

В Преображенских воротах над аркой проезда устроили церковь и по желанию императора освятили ее во имя Св. апостола Павла и Св. Марии Магдалины. Образа в нее написал академик Сазонов, впоследствии участвовавший в росписи Исаакиевского собора в Петербурге.

В 1830 году, немного не доезжая крепости, были построены Ингербургские ворота. Их пилоны со сдвоенными колоннами, сохранившиеся доныне, являются оригинальным произведением Глинки, но не исключено, что прообразом для них послужил проект ворот павловского времени, сохранившийся в фондах дворца-музея и предназначавшийся для Гатчины. Металлические же решетки и створы ворот были привезены из Петербурга, и ранее они являлись частью ворот Михайловского замка (во время Великой Отечественной войны все металлические детали были утрачены, а в послевоенное время воссоздали только декоративные воинские доспехи на пилонах). С постройкой Ингербургских ворот въезд на территорию города был окончательно оформлен.

К концу 1830 года работы были приведены в окончание, и все здания сданы владельцу по описи. Обошлась перестройка в 283 тысячи рублей.

Без серьезных переделок комплекс сохранялся до середины 1870-х годов, когда все старые сооружения снесли, участок перепланировали и застроили ныне существующими зданиями "Красных казарм". При их строительстве был сохранен только прежний принцип размещения корпусов по обе стороны магистрали, но на значительном от нее расстоянии. А память о бывшей когда-то крепости сохранили только Ингербургские ворота.