|
История создания острова и храма Любви в Гатчине связана с историей путешествия Павла I по Европе. Первоначальное очертание береговой линии Белого озера послужило основой формирования данного острова. В конце ХVIII века мыс северо-восточного берега был отделен от основной части суши двумя каналами, соединяющимися под прямым углом. В результате получился остров почти треугольной формы с вытянутым острым углом. На этом выступающим в озеро углу появился Храм, посвященный древнеримской богине Венере. Остров соответственно получил название «Острова Любви». Павильон омывается с трех сторон водой, и кажется будто поднимается со дна озера, напоминая нам легенду о рождении вечно юной и прекрасной богини из пены морской. Одновременно павильон мог служить пристанью. На острове были построены два каменных балкона, а через каналы перекинуты два мостика, вначале деревянные, а затем металлические. Сад на острове Любви имел регулярную планировку с зелеными боскетами, геометрических форм площадками, газонами, цветниками. К павильону Венеры вели две дороги-луча. Площадки украшала мраморная скульптура: статуи Венеры, Амура и Психеи, позже других античных богов. Павильон был построен в 1792 году в классическом стиле под руководством итальянского архитектора Винченцо Бренны, автора многих сооружений Дворцового парка. Его фасады декорированы трельяжной сеткой и деревянной резьбой. Вход с острова оформлен портиком с колоннами ионического ордера, на фронтоне которого помещены эмблемы богини любви. Внутренние помещения павильона состоят из большого парадного зала и небольшого и скромного по оформлению аванзала. Свет в парадный зал попадает через большие окна и двери. Из одной стеклянной двери-окна существовал выход к воде на маленькую терассу-балкон под козырьком. Стены зала украшены зеркалами и росписью в технике гризайль, а потолок – картиной немецкого художника Я. Меттенляйтера «Триумф Венеры». В зале установлены 4 мраморные чаши для фонтанов. Вначале они были деревянными, а в конце ХIХ века их заменили на мраморные. Вода накачивалась из озера помпой в резервуар, который находился над потолком в аванзале. Ансамбль острова Любви олицетворял собой союз природы и искусства, торжество воды и любви. Создается впечатление, что идея создания этого очаровательного уголка парка могла возникнуть здесь же, так органично он связан с окружающим ландшафтом, с природой. Однако остров Любви с храмом прекрасной богини появился в Гатчинском парке как творческая переработка уже существовавшего к тому времени французского образца, заимствованного из парков Шантильи по заказу Павла I. Как известно, владельцы Гатчины вел.князь Павел Петрович с супругой посетили это поместье принца Конде во время заграничного турне, путешествуя инкогнито под именем графов Северных: «Летом 1782 года большой новостью для Парижа и двора стало прибытие графа и графини Северных, будущего царя Павла I и его жены Марии. Политически надлежало принять наследника весьма грандиозно…» До сих пор Шантильи по праву называется «Версалем Конде». Как вспоминала в своих мемуарах баронесса Обергкирх, подруга детства Марии Федоровны, сопровождавшая ее в путешествии: «Шантильи – это самое прекрасное место в мире: фонтаны, леса, сады прелестны; наяды фонтанов опираясь на урны имеют очаровательный вид, и усыпанные песком аллеи леса в тысячу раз прелестнее, чем аллеи цветника... Шантильи был маленьким святилищем верности и монархических убеждений. Павлу Петровичу очень нравилась эта прекрасная резиденция, где принц Конде, истинный представитель дворянства, сделал ему самый пышный прием». Гр. Северные провели в Шантильи всего 3 дня, но резиденция принца Конде и особенно прием, устроенный в честь высоких гостей произвели неизгладимое впечатление на Павла I. Программа приема, была разработана так, что великокняжеская чета из России смогла осмотреть все достопримечательности замка, совершить длительные прогулки-экскурсии по обширным паркам. Эти прогулки сопровождались разнообразными представлениями и роскошными обедами в парковых павильонах. А завершился трехдневный прием грандиозным праздником на Гранд канале – охотой на оленя. По мнению всех это был огромный успех принца Конде. Даже королевские показы не могли выдержать сравнение с тем, что было в Шантильи. По всему Парижу пронеслась известная фраза: «Король принял князя Северного по-дружески, герцог Орлеанский – по мещански, принц Конде – по царски». |
