Гатчинский парк

Дворец

«Заложенъ 1766 маiя 30, окончанъ 1781 года» - такова надпись над Иорданским подъездом на парковом фасаде Гатчинского Дворца. Это один из многочисленных «даров благодарности» Екатерины II ее фавориту Григорию Орлову. Но не первый хозяин Гатчины вспоминается здесь главным образом. Над пустынным плац-парадом, охваченным массивными флигелями (каре), над бастионами и рвами высится против главного входа бронзовая статуя Павла I. Сын и наследник Екатерины в долгий период ожидания престола сделал Гатчину своею. После смерти Орлова Екатерина выкупила имение у его наследников в казну и вскоре, в 1783 г., подарила Гатчину Павлу Петровичу.

Открытие памятника Павлу I  в Гатчине
Открытие памятника Павлу I в Гатчине
Екатерина II
Екатерина II

Павловск и Гатчина, две резиденции Павла, должны изучаться рядом, дополнять один другую. Изящен и сентиментален Павловск, грандиозна и сурова Гатчина. Сын Павла, Николай I, своим строительством еще больше подчеркнул крепостную суровость дворца. Александра II, как страстного охотника, привлекали в Гатчине окружающие леса. Александр III укрылся от бомб и подкопов, которые пугали его в Петербурге, за толстыми гатчинскими стенами, в глуши гатчинского леса. Переходя из комнаты в комнату во дворце, мы вспоминаем всю русскую историю, связанную с именами детей, внуков и правнуков Павла. «По-гатчински» хмуро и свысока смотрели правители, вышедшие отсюда, на Россию, как на огромный плац-парад.

Семья Павла I
Семья Павла I
Плац-парад в Гатчине
Плац-парад в Гатчине

Гатчина-ценнейший памятник последнего периода русской монархии. Пристального и долгого изучения заслуживает она. Огромна и ее художественная ценность. Дворцу с его картинами старинных мастеров, гобеленами, бронзой и фарфором, с изяществом отделок Ринальди и пышностью Бренны будет посвящена отдельная работа.

В предлагаемом очерке характеристика и подробный обзор гатчинских парков -зеленой рамы серого каменного замка.

Гатчинский парк

Красоту загородных дворцовых местностей создает соединение изящной или грандиозной архитектуры с искусственно разведенными, художественно распланированными парками.

В Гатчине, Павловске, Царском Селе, Петергофе, Ораниенбауме работали не только такие замечательные строители, как Антонио Ринальди, строивший гатчинский дворец, Камерон, строитель Павловска, Растрелли, строитель Царского и Петергофа, но и целый ряд крупных мастеров садового дела XVIII в., имена которых несправедливо забыты. Немногие знают, что представляла окрестность Петербурга до XIX в., и как изменилась она в своем пейзаже за XVIII в. со времени Петра Великого, неукротимая энергия которого изменила самую природу. «Ель, сосна да мох седой» заменились густыми дубовыми рощами, стройными липовыми аллеями. В огромном количестве деревья из средней России, Сибири, из заграницы привозились для насаждений в Петербурге и его окрестностях. Для Петергофа при Петре привезены были сотни тысяч деревьев. Для одной только Сильвии в Гатчине в конце XVIII в. - пятьдесят тысяч деревьев.

Гатчинский парк
Гатчинский парк
Гатчинский парк
Гатчинский парк

Вглядитесь внимательно в обычный пейзаж окрестностей Петербурга с его чахлым лесом на болоте и в могучую растительность вокруг дворцов,- и вы представите себе, сколько таланта и труда положено на создание этой красоты. В особенности любимый Петром дуб, клен, серебристый тополь - придают унылым финским берегам неожиданную яркость и свежесть, говорящую о всепобеждающей человеческой энергии.

План Гатчинской мызы. 1792
План Гатчинской мызы. 1792
Следует различить два основных типа искусственных парков, встречающихся в России. Более ранний, первой половины XVIII в., регулярный или французский, и позднейший, иррегулярный или английский. Образцами первого рода парков были Летний в Петербурге, Нижний и Верхний в Петергофе, Царскосельский Старый и Ораниенбаумский. В настоящее время они запущены. Сохранилась только правильная сеть аллей, геометрической формы поляны, украшенные бассейнами в мраморных или гранитных берегах, белеющие в густой зелени статуи, стройные павильоны. В просвет главных аллей виден цветной фасад дворца с золоченными статуями террасы, перилами, гербами. Деревья в таких парках были правильно подстрижены, парк напоминал зеленый город, где улицами были аллеи, площадями поляны с фонтанами, а выстриженные ниши населяли многочисленные мраморные божества. Иногда гибкие кусты, обвивая зеленый трельяж, создавали темные коридоры, идущие неожиданными изломами. Перенесенная к нам при Петре Великом мода на такие сады, называемые также ленотровскими (во Франции лучшим мастером регулярных садов был Ленотр, создатель Версальского парка), - сменилась во второй половине XVIII в. при Екатерине I к садам иррегулярным, - пейзажным или английским.

Любовь эта соответствовала тому общеевропейскому течению мысли, которое привело высшее общество от строгих условностей придворной жизни к деревенской простоте и естественности. Руссо заявил о превосходстве первобытной жизни над испорченностью городских нравов как раз в это время.

Длинный остров
Длинный остров
Французские сады были условны. Всякая естественность изгонялась из них, как изгонялась она из дворца, где сложной наукой было уменье ходить, стоять, кланяться и улыбаться. Усталое от длительной церемонии придворное общество потянуло как бы за границу ленотровского сада, на берег деревенского ручья, в свежую зелень ветвей, не знающих ножниц садовника; прискучили дворцы, стали любопытны хижины. Самое название «английский сад» указывает, где впервые создан тип английского сада. Мода была так увлекательна, что переделывали французские сады на новый лад. Так было с большей частью садов Царского Села. К концу XVIII в. вполне были выработаны правила, которым должен был удовлетворять английский парк. В сущности это была новая условность, новая игра, не менее связанная с придворным бытом.

Английский сад должен был, прежде всего, не походить на искусственный. Но капризные господа жизни желали иметь на небольшом пространстве, под окнами дворца, все красоты естественной природы - изгибы и заводи светлой реки, пенистые водопады с переброшенными мостиками, хижины под нависшими ветвями, полуразрушенные, обросшие мохом монументы, вызывающие меланхолическое настроение, неожиданные переходы к залитым солнцем полянам, к видам на далекие холмы и пастбища. Кое-где были разбросаны беседки с трогательными и сентиментальными посвящениями дружбе и другим прелестям простой жизни. На окраине такого парка обычно находилась ферма - красивое здание, за которым прятались настоящие скотные дворы, парадные же комнаты обставлялись по-дворцовому; здесь искрился хрусталь люстр, переливался шелк на золоченой мебели, когда на мраморные столы перед гостями ставилось парное молоко и молодой сыр.

Ферма в Гатчинском парке
Ферма
Ферма в Гатчинском парке
Ферма

Для того, чтобы создать такой парк, нужно было значительно дополнить недостаточно разнообразную природу или целиком на подходящей неровной местности, непременно у воды, реки или озера, насадить заново, по обдуманному плану, густолиственные деревья. Как живописец-декоратор на своей картине кладет краски широкой кистью, рассчитывая на эффект целого, так и художник садового дела пользуется оттенками листвы в творимом зеленом пейзаже. Он выделяет на темно-хвойном фоне группы серо-зеленых берез и желтоватых лиственниц и освещает первый план серебристым тополем или седой ивой.


© Исторический журнал «Гатчина сквозь столетия»