Десять веков истории Пудости

Гатчинская мельница в жизни императора

История мельницы расположенной на реке Ижора тесным образом связана с именем императора Павла I и его супруги Марии Федоровны.

Император Павел I
Император Павел I
Императрица Мария Федоровна
Императрица Мария Федоровна
Государь, ещё в бытность, будучи наследником, совершая увеселительные прогулки по окрестностям Гатчинской мызы часто останавливался на отдых у мельника Иоганна Штакеншнейдера. Романтический вид построенного на немецкий манер мельничного здания, гостеприимство хлебосольных хозяев, уютное и надежное место для уединенной беседы способствовали странному сближению двух, казалось бы, совершенно разных людей: императора и мельника, позднее ставшего арендатором мельницы.

Неслучайно здесь в 1798 году началось строительство каменного господского дома, положившему начало образованию усадьбы «Мызы Ивановки», которая первоначально называлась «Иоганнесрухе» (с немецкого «Отдых, или покой, Иоганна») и зарождению многочисленных легенд овеянных именем Павла I. Благодаря тому, что государь неоднократно бывал в доме у Штакеншнейдера, за этой оригинальной архитектуры постройкой впоследствии закрепилось название Охотничьего домика императора Павла I. Именно здесь на Гатчинской мельнице 5 ноября 1796 году он получил первое известие о смертельной болезни своей матери императрицы Екатерины II. Правда документы и воспоминания современников об этом событии почему-то расходятся.

В «Камер-фурьерском журнале» события этого дня зафиксированы следующем образом: «О полуднях в 1-м часу, собрались в кавалерскую фрейлины и кавалеры и со всею свитою благоволили в санях отъехать в Гатчинскую мельницу к обеденному столу, где и соизволили иметь обеденное кушание у мельника с нижеписанными персонами: фрейлина Дивова, генерал-майор Плещеев, генерал-майорша Плещеева, госпожа Шварц, граф Ильинский, граф Шувалов, бригадир Данауров, господин Котлубицкий, граф Воронцов, господин Вицлебен, господин Каюс, господин Росбери, господин Обольянинов, камергер Бибиков, фрейлина Валуева, князь Несвицкий. После стола отсутствовали и прибыли во Дворец в три четверти 4-го часа пополудни. Между тем приехали в Гатчино нарочито присланный сперва офицер, а потом шталмейстер граф Зубов, с донесением Его Императорскому Высочеству о случившемся внезапно Ея Императорскому Величеству сильной болезни. Почему без малейшего опущения времени Их Императорские Высочества соизволили из Гатчины отсутствовать в карете в город Санкт-Петербург ровно в 4 часа пополудни».

В «Записке» царского фаворита, графа, генерал-адъютанта Федора Васильевича Ростопчина о том самом дне говорится о том, что накануне смерти Екатерины II «наследник кушал на Гатчинской мельнице, в 5 верстах от дворца его, (…) в начале 3-го часа, прискакал к Нему на встречу один из Его гусар для извещения о приезде в Гатчино, шталмейстера графа Зубова, с каким-то весьма важным извещением». Этим известием оказалась весть о смертельном ударе, сразившем его мать. Согласно другой версии выдвинутой известным дореволюционным историком Евгением Севастьяновичем Шумигорским, бытующей в позапрошлом веке, «о прибытии в Гатчину курьера с известием о болезни Екатерины, Павлу, обедавшему на мельнице, сообщил приехавший из Гатчины арендатор Штакеншнейдер».

Расположенный рядом с Гатчинской мельницей усадебный дом Иоганна Штакеншнейдера, овеянный памятью об императоре Павле I и его эпохи, для последующих владельцев «Мызы Ивановки» построивших в усадьбе в середине XIX века новый господский дом, со временем превратился в охотничий домик Павла I, а в некоторых случаях даже в императорский дворец. Под таким названием он фигурирует в ряде исторических публикаций и в воспоминаниях современников. Заброшенный домик интересовал и знаменитого, а в то время начинающего поэта Игоря Северянина, жившего несколько летних сезонов на даче, расположенной по соседству с Гатчинской мельницей.

«Лето 1908 года я провожу на мызе «Ивановка» (ст. Пудость, Балтийской жел. дор.), - вспоминал поэтический летописец. - Имение княгини Дондуковой-Корсаковой живописно: малахитно-прозрачная речка, знаменитая своими гатчинскими форелями; ветхая водяная мельница из дикого камня; кедрово-пихтовый парк с урнами и эстрадами; охотничий дворец Павла I-го, с кариатидами и останками стильной мебели: грациозно-неуклюжие диваны «Маркиз», погасшая бра и проч. Усадьба находится в четырёх верстах от Гатчины. В парке всего три дачи, часто пустующие. Я занимаю зеленое шале на самом берегу Ижорки». Охотничий домик не просто интересовал Северянина, а завораживал, рождая удивительные строки:
		«Немного в стороне - плотина
		У мрачной мельницы; за ней
		Сонлива бедная деревня
		Без веры в бодрость лучших дней
		Где в парк ворота - словно призрак,
		Стоит заброшенный дворец, 
		Он обветшал, напоминая
		Без драгоценностей ларец».
Предания старины глубокой Игорь Северянин мог слышать от местных старожилов. И они вдохновляли его на создание все новых и новых строчек:
		«Дворец безмолвен, дворец пустынен,
		Беззвучно шепчет мне ряд легенд.
		Их смысл болезнен, сюжет их длинен,
		Как змеи черных ползучих лент…»
Каменные руины бывшего исторического домика сохранились до настоящего времени. Отдельные детали старинного здания указывают на высокохудожественную постройку, в которой угадывается рука талантливого зодчего эпохи императора Павла I. Часть массивных каменных стен была разломана и растащена в последние десятилетия для возведения фундаментов новых домов в поселке Мыза Ивановка. А жаль! Ведь этот удивительный памятник прошлого мог бы стать притягательным объектом для туристов и всех любителей отечественной истории.
© А.В.Бурлаков

© Исторический журнал «Гатчина сквозь столетия»