Возвращение Марии Федоровны
28 сентября нынешнего (2006) года пополнил летопись царского рода Романовых еще одним событием — в Санкт-Петербургский Петропавловский собор, в императорскую усыпальницу доставили прах предпоследней русской императрицы Марии Федоровны. Её саркофаг установлен на пустующем месте слева от саркофага ее супруга — императора Александра III.

Это событие имеет большое касательство к нашему городу, поскольку с марта 1881-го по апрель 1918 года Мария Федоровна была, вместе с мужем, а затем сыном, владелицей Императорского Гатчинского дворца и «хозяйкой» города Гатчины.


Александр III Дочь датского короля Мари-Софи-Фредерика-Дагмар росла веселой, независимой, любила украшения и развлечения, отличалась твердостью характера и отвагой. Все это проявилось позже, когда она стала русской, сначала великой княгиней, а потом императрицей. Когда во время поездки на юг 17 (29) октября 1888 года царский поезд недалеко от ст.Борки (в 40 км от Харькова) потерпел крушение, в газетах так писали о царской семье, в т.ч. и о Марии Федоровне.

«... Их Императорские Величества отказались войти в один из уцелевших вагонов и отдались заботе о раненых. Полный самообладания и спокойствия, Государь принял на себя общие распоряжения, а Государыня (т.е. Мария Федоровна — ред.) прикрывшись простой, офицерской шинелью, не отходила от раненых, рвала на бинты простыни, разрезывала обувь на тяжелораненых; увидев раненого в голову, она сняла с себя башлык и им повязала его голову. Высокому примеру родителей следовали и дети: наследник царя Николай Александрович и великий князь Георгий Александрович сперва помогали переносить изувеченных, а потом, при докторах делали перевязки, носили воду, давали лекарства. Только в 6 часов вечера, когда не осталось ни одного не перевязанного раненого, и ни одного отыскавшегося мертвого, Их Императорские Величества с Августейшим семейством вошли в вагон прибывшего вспомогательного поезда».

Свое достоинство, твердость и независимость Мария Федоровна сохраняла и находясь в «крымском плену». В Гатчине в последний раз она побывала или в конце 1915-го, или в начале 1916 года. 3 (16) мая бывш. императрица уехала в Киев к дочерям, работавшим в госпиталях. При осложнении обстановки вокруг царской семьи, по приказу властей (тогда еще существовало Временное правительство) она, забрав из Киева родню, переехала в Крым, где у членов императорской фамилии было несколько дворцов. С ней уехала и семья главного начальника русской военной авиации, Великого князя, вице-адмирала Александра Михайловича Романова, мужа старшей дочери Марии Федоровны — Ксении. С ними был самый младший их сын Василий, родившийся в 1907 году в Гатчинском дворце (в 1930 году он окончил сельскохозяйственный университет в США, занимался наукой, выращивая томаты в воде, служил военным рабочим в армии, после неё клерком в отеле, содержал птицеферму, торговал вином, работал биржевым маклером; умер в 1989 году). Кажется, правнук Николая I, Василий Александрович был единственным из членов императорской фамилии, родившийся в Гатчине.

Мария Федоровна и остальные члены императорской фамилии находились в Крыму под арестом Севастопольского и Ялтинского советов рабочих и красноармейских депутатов. За границу их не пускали и освобождение российской императрицы из советского плена стало большой европейской проблемой, особенно для Дании, Англии и отстранявшейся от этой проблемы Германии (между прочим, император Вильгельм был крестным отцом царевича Алексея). Больше всех усилий для вызволения императрицы приложила Дания. Датский посланник Харольд Скавениус дважды «прорывался» к Наркому индел Троцкому и только в коридоре «ловил» его и кратко высказывал свою просьбу. Троцкий просьбам не внял, обозвав напоследок Марию Федоровну «старой реакционной дамой».

Когда у крымских пленников стало очень туго со средствами, Скавениус тайно направил к ним офицера датской армии Карла Кребса. Тот доставил 50 тысяч крон, ящик с продуктами и даже виделся с императрицей. Член Севастопольского совдепа разрешил им беседу, но только на русском языке и в его присутствии. «И тем не менее, - как рассказывают об этом эпизоде, - датская принцесса не вполне соблюла это условие. По словам Кребса, два раза на хорошем датском языке сказала: «Черт возьми, наплевать мне на них!»

В другой раз, во время обыска и составления протокола, устав от вопросов допрашивающего её чекиста, она с язвительной насмешкой заметила: а не рассказать ли вам родословную моей болонки?

Рассказывали еще один случай: «После обыска один из матросов вернулся, чтобы попросить у бывшей императрицы прощения, а она спросила его, плакавшего, есть ли на нем крест. Когда он достал крест из кармана, она надела его матросу на шею и отпустила с религиозным наставлением никогда более не грешить против законных правителей страны».

Уехать в Данию Мария Федоровна могла, когда Крым заняли немцы. Но она всячески противилась этому, надеясь, что её сыновья Николай, Михаил и царская семья не расстреляны и окажутся в Крыму. И только после того, как немцы ушли из Крыма, а советские власти еще не полностью овладели положением, британский адмирал в Константинополе Кальтроп отправил в Севастополь крейсер, который принял Марию Федоровну и её близких на борт. Было это 11 апреля 1919 года. В Мальте беглецы пересели на другой британский корабль и 10 мая прибыли в Лондон. Здесь их встретил король Георг с королевой и мать короля — сестра Марии Федоровны Александра. 19 августа 1919 года Мария Федоровна вернулась на историческую родину, как писала одна из датских газет «невероятно бедная и одинокая».

Живя в Дании, Мария Федоровна не стесняла себя в расходах. Сначала её содержали племянник — король Дании, Христиан X и две датских компании, которым когда-то она покровительствовала в России: Восточно-Азиатская компания и Большое Северное телеграфное общество. Потом, когда поступлений от них стало меньше, средства для содержания бывшей российской императрицы собирали даже по подписке: кто сколько может.

Кстати, в сохранении ценностей и предметов искусства, принадлежавших Марии Федоровне в Гатчинском дворце, позаботился помощник начальника Гатчинского дворцового управления полковник Армин фон Рейхер. Еще до того, как дворцовым имуществом стали распоряжаться комиссары Временного правительства, он спрятал ценности. Когда к власти в Гатчине пришли большевики, он, запасясь фальшивыми документами «большевистского солдата», скрылся.

После смерти Мария Федоровна была захоронена в усыпальнице датских королей в капелле Христина IX в г.Роскилле. На отпевании в копенгагенской православной церкви св.Александра Невского священник сказал: «Чистый воск догорел, пламя потухло. Жизнь нашей милой матушки императрицы окончилась».

В. Николаев
Перечень статей
© Исторический журнал «Гатчина сквозь столетия»