Рассказы А.В. Эвальда из истории Гатчины


Среди интересных свидетельств, освещающих жизнь Гатчины середины 19-го столетия, необходимо выделить мемуары, которые принадлежат перу известного журналиста и писателя того времени Аркадия Васильевича Эвальда.

А.В. Эвальд родился 24 октября (5 ноября по н. ст.) 1834 года (по другим источникам - в 1836 году) в Гатчине, в семье педагога Сиротского института. Здесь он провел первые пятнадцать лет жизни, учился в институте. Его отец преподавал историю и географию. Он стремился дать своим детям хорошее образование. Дочь - Клеопатра, была определена в Смольный институт, а сын должен был получить университетское образование. Но Аркадий, имеющий живую, впечатлительную натуру, пылкий темперамент, заразился увлекательными рассказами Михаила фон Дервиза, сына директора Сиротского института, тогда бывшего учащимся Петербургского артиллерийского училища, и решил стать военным. Аркадий Васильевич поступил в Николаевское инженерное училище и окончил его в 1855 году. Но Эвальд пробыл на военной службе недолго и вышел в отставку. Мечтая об интересных встречах, путешествиях, новых впечатлениях, Аркадий Васильевич решил заняться литературной деятельностью.

Сиротский институт. Фото Галины Пунтусовой
Сиротский институт
Первый литературный опыт Эвальда состоялся еще в 1854 году. В газете «Санкт-Петербургские ведомости» появился очерк «Союзники у Ревеля», в котором отразились личные впечатления об участии в защите балтийского побережья от английского флота в самом начале Крымской войны. Одним из первых журналистских заданий была поездка в Италию, откуда он присылал в газеты очерки о гарибальдийском движении. После возвращения, молодого человека пригласили в журнал «Отечественные записки», где он печатался под разными псевдонимами - Прогрессистов, А. Ленивцев, Один и др. Эвальд был фельетонистом и рецензентом в газетах Голоса», «Всемирная иллюстрация», сотрудничал с иллюстрированными изданиями, редактировал «Всемирный телеграф», «Всеобщую газету», «Улей», «Паровоз». В 1863 году вместе с журналистом и петербургским цензором А. Н. Очкиным он предпринял попытку издания ежедневной литературной и политической газеты «Очерки», которая выходила всего лишь три месяца.

Некоторые статьи А. Эвальда, его оценки литературных произведений вызывали острую полемику в обществе. Например: в начале 1862 года в «Санкт-Петербургских ведомостях» была напечатана статья под заглавием «Учиться или не учиться?», посвященная вопросам участия студенчества в политической жизни общества. Автор считал, что студенчество не должно вмешиваться в политические вопросы, а должно сосредоточить свое внимание на учебе. В этой дискуссии на страницах газет его оппонентом был Н.Г. Чернышевский.

Как писатель, Эвальд обратил на себя внимание рассказом «Повесть о том, как я командовал ротой» в «Отечественных Записках» 1862 году. Из беллетристических произведений успехом пользовались также его романы - «Воспитание Льва» и «Император Византии. Исторический роман из эпохи императора Александра I».

Аркадий Васильевич был свидетелем многих важных исторических событий, знаком с известными людьми. Его воспоминания оказались самыми яркими литературными произведениями из всего, что им было сделано и что было переиздано в наше время. Эвальд стремился успеть осуществить издание мемуаров при жизни, т. к. считал, что воспоминания, напечатанные при жизни автора, могут внушить читателю доверие. Он считал, что... «печатая при своей жизни, следовательно, готовясь нести ответственность за каждое слово, автор поостережется говорить неправду, преувеличивать или преуменьшать что-нибудь, выставляя себя в лучшем виде, а других в худшем и т.д.».

Воспоминания Эвальда были напечатаны в журнале «Исторический вестник» в 1895 году. В них нашли отражение быт и нравы чиновничества и офицерства в 40-50-е годы 19-го века, обучение в инженерном училище, военная служба Эвальда, литературная и журналистская деятельность автора. Первая часть «Воспоминаний» посвящена годам жизни в Гатчине. Мемуары содержат интересные сведения о жителях Гатчины, преподавателях и воспитанниках Сиротского института, офицерах Кирасирского полка. Отрывки из воспоминаний были напечатаны в сборнике, подготовленном Центральной городской библиотекой им. А. И. Куприна, «Литературный портрет Гатчины» (Гатчина, 1995).

В «Воспоминаниях» Эвальд подробно описывает визиты императора Николая I в Сиротский институт, посещения воспитанниками гатчинского дворца во время праздников, пересказывает гатчинские истории, связанные с царской фамилией.

В 1896 году в «Историческом вестнике» печатаются «Рассказы об императоре Николае I», включающие описание событий, которым он был очевидцем, а также об историях, услышанных от других людей. В частности, там можно найти рассказы о так называемом «белорусском бунте» сороковых годов, произошедшем недалеко от Гатчины, о том, как происходило осушение Зверинца, о случаях из учебной жизни в Сиротском институте. Рассказы о Николае I Эвальда были включены во второй том издания «Николай Первый и его время. Документы, дневники, мемуары, свидетельства современников», вышедшего в Москве в 2000 году. Познакомиться с этой книгой можно в ЦГБ им. А.И. Куприна.

Эвальда интересовали вопросы развития техники. Одно время он вполне серьезно занялся идеей постройки железной дороги между Москвой и Воскресенском, но это дело сорвалось. Аркадий Васильевич принимал активное участие в деятельности Русского технического общества. Его интересовали проекты освоения воздушного пространства. В одном из докладов, прочитанном в марте 1883 года, он говорил: «Из числа более практических и более научных проектов, от которых можно ожидать каких-нибудь результатов, я должен указать на аппарат г. Можайского, который сооружается в Петербурге...». Ранее, в 1861 году, Эвальд сам изготовил модель самолета с пружинным двигателем, а два года спустя опубликовал проект гипотетического «идеального» самолета. В 1886 году он построил и испытал модель самолета с пороховой ракетой. Модель Эвальда была первой в России моделью реактивного самолета и первой самолета с реактивным двигателем, поднимавшегося в воздух после разбега по земле. В печати появлялись статьи Эвальда, посвященные истории воздухоплавания и описанию различных типов самолета. В 1897 году вышла его книга «Летательные машины: опыты и наблюдения».
Н.В. Юронен,
ЦГБ ИМ. А.И. Куприна
Наказание архитектора
Однажды ремонтировался или, вернее сказать, заново переделывался правый флигель Гатчинского дворца. Государь выразил желание, чтобы к осени, именно ко времени его приезда в Гатчину, работы были окончены.

Гатчинский дворец. Фото Галины Пунтусовой
Гатчинский дворец
Переделками этими заведывал архитектор К-ский, который, желая отличиться, принял очень своеобразный способ для того, чтобы скорее осушить мокрую штукатурку. Для этого, кроме топки печей, он клал на ночлег в комнатах рабочих, которые своим дыханием должны были ускорить осушку. Неизвестно, помогло ли это средство осушке стен, но что среди рабочих появилась масса заболевших - это было верно.

Вероятно, государю еще в Петербурге кто-нибудь сообщил о варварском распоряжении архитектора. По крайней мере, когда он приехал в Гатчину и пошел осматривать переделанную часть дворца, то потребовал архитектора и, когда этот явился, государь взял его за ухо и таким способом провел по всем тем комнатам, в которых спали несчастные рабочие. Можно себе вообразить положение архитектора, которого государь вел за ухо, как какого-нибудь школьника, в присутствии свиты и многих служащих во дворце.

Разумеется, архитектор, составивший себе до того времени довольно известное имя, после этого приключения совершенно исчез с горизонта петербургской жизни. Самого архитектора этого я не знал лично, но впоследствии встречался в одном доме с его братом, техником морского ведомства, который подтвердил мне верность рассказа об этом случае.

А.В. Эвальд
Осушение Зверинца
В Гатчине, за дворцовым садом, непосредственно к нему прилегает так называемый зверинец, то есть огромное место, по крайней мере, в пять или шесть квадратных верст, огороженное сплошным высоким частоколом. В этом зверинце содержались стада ланей, оленей, несколько ослов и имелась дворцовая молочная ферма.

И.Я. Меттенлейтер. Зверинец в Гатчинском парке
И.Я. Меттенлейтер. Зверинец в Гатчинском парке
Местность эта представляла почти сплошные лесистые болота, по которым в некоторых местах, вдоль и поперек, проложены были неширокие шоссейные дороги.

Государь пожелал привести этот зверинец в некоторый порядок и осушить болота. Для этого несколько лет подряд, по окончании лагерных сборов в Красном Селе, именно в августе месяце, в Гатчину приходил гвардейский саперный батальон, под надзором которого и производились работы крестьянами или пехотными солдатиками, отпускавшимися после лагерей на заработки.

Работы осушения состояли в том, что в болоте прокапывались широкие каналы, земля или торф из которых выбрасывались рядом, образуя острова. Каждый такой остров обивался кругом нетолстыми сваями, на расстоянии друг от друга, которые переплетались тростником, чтобы берега насыпанных островов не расползались и не обваливались.

Для выемки земли машин никаких не было, и вся эта египетская работа производилась лопатами. Для этого рабочим приходилось по несколько часов стоять в воде по колена, а не то и по пояс, как для выемки земли, так и для того, чтобы переплетать сваи.

Работы, с которыми очень спешили, производились всю осень, не разбирая никакой погоды, до самых заморозков. Понятно, что при таких условиях между рабочими развивались всевозможные простудные болезни, часто со смертельным исходом, и они гибли целыми сотнями, переполняя все гатчинские больницы. Но в больницы попадала только малая часть счастливцев; наибольшую же массу больных рассылали просто по окрестным деревням, где и предоставляли умирать, как кому угодно.

Понятно, что все это тщательно скрывали от государя, иначе он не допустил бы такого массового истребления народа. Если архитектора, положившего рабочих спать в сырых комнатах дворца, государь выдрал за ухо, то, конечно, жестоко наказал бы таких распорядителей по осушке болот.

Благодаря осушке и образованию островков, зверинец принял очень красивый вид. Император Николай Павлович не был страстным любителем охоты. Иногда он выходил с ружьем в дворцовый парк или в зверинец, подстреливать пару диких уток, да и то редко. Случалось, что в зверинце устраивалась охота на оленей, но это делалось исключительно для развлечения какого-нибудь иностранного гостя. Устраивалась также охота и на медведей. Для этого пойманных медведей выпускали в зверинце, и их надо было непременно убить, иначе они задрали бы потом оленей или ослов.

На одной из таких охот большой медведь сильно поломал егеря, хотевшего взять его на рогатину. Случилось это на глазах государя. Егерь, после этой схватки с медведем, оказался никуда негодным инвалидом, и государь назначил ему такую хорошую пенсию, что он мог жить не только безбедно, но и с большими удобствами. Я знавал этого старика и лично от него слышал рассказ об его борьбе с медведем.

А.В. Эвальд

Перечень
© Исторический журнал «Гатчина сквозь столетия»